Серпентарий

Первым, кто приветствовал меня с утра у незнакомого поселка на безымянной высоте, был клещ! Весьма крупный и странного цвета, он деловито ползал по каримату в разных направлениях. Я почему-то думала, что клещи водятся только у нас, может, этот со мной приехал? Ну и, естественно заорала, вылетела на свет божий, и начала перетряхивать свое барахло, обливаясь холодным (еще с ночи) потом. Пока Макс читал лекцию в духе ортодоксального джайнизма на тему, что нельзя просто так взять и убить клеща – это живое существо, и оно не сделало мне ничего плохого, Надя, повернувшись к нему спиной, демонстративно спалила клеща на горелке. Так, с аутодафе начался новый день в благодатной Тавриде.



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Кстати, в Москве было очень неуютно, дорого и жутко холодно. Из веселого могу вспомнить только с десяток бомжей, мирно спящих на плитах подземного перехода у Ярославского вокзала. «Если что – вот и место для ночевки есть!» - радостно сообщила Надя.
На этой оптимистической ноте позволю себе окончить этот многословный отчет. Всех впечатлений все равно не опишешь, но мысль о том, что в тех местах еще найдется, чем впечатлиться, терзает меня неустанно. До новых встреч!

Холод наверху в этом татарском ханстве был адский, как впрочем, и везде в горах – при ярком солнце ледяной ветер, да еще и липкий туман, заползающий под все слои одежды. Поглазев с видовки, мы задумали проскочить мимо татар верхом, но не тут-то было. Хорошо хоть за рюкзаки не хватали, зазывая откушать лагмана или прикупить пару одеял, носков, жилеток, а лучше всего приобрести хит сезона – войлочные титьки-подушку. Мы с Надеждой приложили к своим персям сей гламурный аксессуар, и, загрустивши, ушли ни с чем. Кстати, ночью я очень пожалела о том, что не купила одеяло. Шапок прикольных тоже не было, шапки – моя слабость, я их не пропускаю.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Заречное встретило нас чернильной темнотой, в которой при надлежащем ленинском прищуре можно было с трудом угадать пирамидальные тополя, степь, огоньки хат, этакая гоголевская Малороссия в стиле «тиха украинская ночь, но сало надо перепрятать», приправленная запахом полыни. Вдалеке лаяли собаки, в могучей Ангаре квакали лягушки, а в 4 часа ночи муэдзин начал петь азан – в общем, настоящая солянка из звуков и запахов. Что же касается температуры, то ночь на Ай-Петри показалась мне райским югом по сравнению с местным Приангарьем. Так, стуча зубами, я забылась тревожным сном.

Побывать на море, и не прокатиться по нему с ветерком, было бы серьезным упущением. Символическая сумма в 200 рублей с носа (за велики с нас не взяли) не пробила брешь в бюджете, зато позволила вдоволь налюбоваться описанными в путеводителях «потрясающей красоты скалами и бухтами и уютными маленькими пляжами ЮБК» с моря, то бишь – охватить все и сразу. Отмечу, что с моря никакой особой красоты кроме самого, действительно офигенно красивого моря, не видать. Желтые скалы, уходящие почти везде вертикально в воду и зелень лесов на террасах, где примостились маленькие поселки, пансионы и гостиницы – вот и все впечатление. Возможно, с берега все эти заливы, на которые писают кипятком авторы путеводителей, выглядят более живописно, но с моря впечатляют только скалы Внешней гряды. Яйла нависает над поселками, под ней видны полоски двух шоссе – верхнего скоростного «Севастополь-Ялта» и одноименного нижнего. Забегая вперед скажу, что если вы торопитесь проскочить все культовые места, то ехать надо по верхнему – там практически нет жилых домов, только остановки пригородных маршрутов – с этих остановок по бесконечным лестницам вы спуститесь, собственно, в сами поселки.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Немецкие туристы, топившиеся у выхода с верхней станции нам гропко апплодировали. И вот, мы снова в Горном Крыму, где нет курортов, запретов и почти нет людей.

Турецкое название Инкерман (пещерная крепость) почему-то показалось мне очень красивым и почти таким же горделивым, как Севастополь, пригородом которого он является. Сегодня о славном визите в этот город регулярно напоминает бутылочка-другая «Шато-Руж» или «Шато-Блан», стоящая в холодильнике. Из всех вин, выкушанных в Крыму, только инкермановские доступны по цене здесь, в Красноярске (для частого употребления). Но, ясен пень, ехали мы туда не за вином, а затем, чтобы увидеть море. Прямо как в «Достучаться до небес», правда, с той лишь разницей, что моря до этого не видела только Надя. Но это не помешало и мне во время головокружительного спуска с высот орать про то, что я его уже вижу.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Бирюзовая вода бухты побежала назад, и вот, трамвай проскочил узкое горло и вышел в прибрежные воды, желтые от солнца. И только в этот момент я окончательно осознала, что я на море!

Морозы сорокоградусные испортили нафик все каникулы – снаряды стоят в кладовке и облизываются на шикарный снег, который, увы, обкатать еще не скоро суждено. Но попытки уже были сделаны, и новые полигоны, куда ступала моя хоббитская нога еще ждут своей порции зимнего изврата. К таковым я бы отнесла склон Каштака и лыжню на Татке и Торгашинском. Дадада, после долгого перерыва, я вновь в нестройном строю бравых лыжников. Итак, приступим. Для начала предлагаю заценить, как выглядит набережная Енисея при температуре -39°С.



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Очень забавно было наблюдать за лицами людей, залазивших утром в автобус, который мы наполнили запахом костра. Персоны с грустными взглядами, завидев наши покрытые копотью физиономии, рюкзаки и кариматы, сразу расплывались в улыбке, понимая, что у нас был настоящий новый год – без президента, боя курантов и вакханалии в телевизоре. Надеюсь, что в эту ночь не скучал никто.



Еще раз всех СНГ наступившим своевременно и до новых встреч!

( Read more... )

Не буду утомлять подробностями об историческом прошлом данного жилого массива, все это можно найти в Интернете. В одной из книг, посвященной пещерным городам Тавриды, написано, что до сих пор нет точных данных – какой народ населял эти места в период 6-14 в.в. н. э. И самое главное – где эти люди брали воду для многочисленного скота и своих нужд, потому что ни одного родника неверху нет. А побегать с ведрами на полукиламетровую высоту, удовольствие, знаете ли, сомнительное.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Дорога на юг была довольно скучной и ничем не примечательной, кроме ракушек, росших на траве. Я увидела такое впервые в жизни – сухая, выжженная солнцем равнина, где вся земля усеяна пустыми ракушками, а на каждой травинке сидит по паре десятков крохотных раковинок – длинных, круглых, размером не больше ногтя. Идешь по полю, и за тобой хрустом осыпаются улитки.
Где-то внизу под мостом зазеленела тиной могучая река Бельбек (самая крупная на полуострове), которую вброд мог перейти даже воробей, и указатель «Инкерман» сообщил о том, что скоро мы увидим море!

Все постоянно читайте "Лабаз"!
Даты и линки собрал он для вас!

Лирическое вступление
Как распознать человека, только что вернувшегося из похода? Знатоки говорят, что по трем признакам:
1. Упавшую на пол или землю еду, он поднимает, отряхивает и отправляет в рот.
2. Грязные руки всегда норовит вытереть об себя или ближайшие кусты.
3. С наступлением сумерек начинает лихорадочно шарить глазами в поисках лесополосы, пригодной для ночлега.
Так вот, в крымском велопоходе все эти признаки приняли гипертрофированную форму. Проще говоря, бомжевали мы там, отличаясь от местных бомжей лишь наличием денег, походного снаряжения и гидропака, о чем будет рассказано в свое время. Может, тамошний климат способствовал таким метаморфозам, а может, царящая в Крыму атмосфера расслабленности и умиротворения, я не знаю… Но я твердо решила для себя: никакой беготни по музеям, никакой суеты и выполнения плана по просмотру достопримечательностей. Встаешь с утра, и делаешь то, что левая нога пожелает. Наверно поэтому до конца похода дожило только трое из шести участников, чьи похуистические настроения чудесным образом совпали. Завсегдатаи Тавриды предупреждали меня, что там столько интересного, что каждый должен быть готов к автономке, так что, я полагаю, все мы удачно отдохнули и увидели то, что хотели увидеть, пусть и по отдельности.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Единственными экскурсантами, возвращавшимися с вершины Тепе-Кермена стали в тот вечер скауты во главе со скаут-лидером, по-моему, это были поляки, но мы почему-то обозвали их харцерами. Распевая нацистские бравурные марши они топали коваными ботинками по белой крымской пыли, как их деды в сорок втором и вызвали на наших лицах восторженно-глупые улыбки, все были настолько поражены появлением колонны из пустоты, что даже забыли их сфотать. Так и брели среди дубов с открытыми ртами… Дубы тамошние вообще – отдельная песня. Я в сознательном возрасте видела дубок один раз – в Дивногорске, а тут целые рощи, уже с налетом осени, где каждое дерево имеет свой оттенок зеленого, желтого или красного. Особенно красивыми были листья в воде в Большом каньоне, но до него еще тогда мы не добрались.

( Read more... )

Приятные и малорадостные события чередуются в жизни с завидным постоянством, и как говаривал Форрест Гамп, а точнее, его незабвенная матушка, «жизнь – она как коробка конфет, никогда не знаешь, какая достанется». Или что-то типа того. Но в последнее время даже самые сладкие конфетки горчат, а в самых невкусных находишь вкусное зернышко оптимизма. Ниже представлен небольшой дайджест на тему «Что нового?». Обозначим пока два пункта:
1. я снова член
2. зимние извращения
Итак, читатель, в путь… Сегодня изложу пункт 1.
Кто не в курсе, напоминаю, вот уже два года я член. Омского велоклуба «Цепная реакция» – непокобелимый в своих велопредпочтениях (говнозаезды, велотуризм), живу я далеко от места дислокации клуба, дружу с другими его членами и в ус не дую. Но пару недель назад я стала членом еще одной культовой организации под названием Союз журналистов России. Можно много спорить на предмет «а кому оно надо», но, на мой взгляд, лишним это самое «оно» не будет.

( Read more... )

Но я точно знаю одно. Теперь, когда у меня есть членский билет СЖР, а молодые милиционеры Тувы, которые даже в свой выходной всегда бдят, станут тормозить меня на трассе, с целью обыскать мой вел в рамках спецоперации «Мак-конопля», будут вынуждены удовлетворяться не только пропуском в заповедник Убсунурская котловина, но и корочками культового журналиста.

Сердце мое преисполнено гордости от этого и все такое.

Идея сходить на "Грифы" пришла в голову в самом неожиданном месте - в сауне, куда мы с дамами отправились, дабы отметить в очередной раз мой день рождения. Менеджером мероприятия была назначена Надежда, в ее задачу входило взять языка и обеспечить нам комфортное пребывание на избе. Как известно, столбисты отличаются нестандартными представлениями о гостеприимстве, а ночевать в лесу нынче не сезон. К слову, вспомнился рассказ одной коллеги из кемеровского издания. Ей заказали статью про наш столбизм, и вот они вместе с фотографом промокшие до нитки заявились к ночи на одну из изб, откуда их естественно выперли. Девочка не стала орать, что мы мол, журналисты, у нас задание, а честно отписала в своем издании что да как и про легендарное гостеприимство тоже. Помню, мы с Филином тоже почувствовали таковое на себе прогулявшись по Мининским столбам в конце октября. Ну да ладно...

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

И следующую точку похода - Крепость, себе наметили. Хотелось бы прийти на "Грифы" в золотую осень, из грота, говорят, можно наблюдать потрясающие закаты, там даже столик с креслами есть для более комфортного наблюдения. И как обычно бывает в таких местах, каждый сантиметр поверхности занят всякой бесполезной, но прикольной дребеденью: портрет Эрнста Тельмана и старые часы, непонятного назначения кованая решетка и детская аппликация, дурацкий кувшин и куклы в веселых и радостных позах. Рай для фотографов... Правда, наш фотограф убивался, что нет у него широкоугольного объектива. Потому что наши с девками зады в родной не входят:)

Начнем с того, что книги я не приобретала уже очень давно. Так давно, что и не припомню даты последней покупки (то, что привезла из Крыма не в счет, там особая, трагическая и поучительная история, которая будет поведана в свое время). Это не значит, что я стала меньше читать, меньше интересоваться печатным словом и окончательно погрязла в рутине Эрла и доктора Хауса. Просто книги мне больше не по карману. Поэтому я тупо качаю их из инета и беру у друзей. Да, это эрзац, да это вечно ноющая шея, это отсутствие целого ряда удовольствий - запаха типографии, шелеста страниц, возлежания на диване. Но информационный голод удовлетворяется, и это главное.

( Read more... )





( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )
Под руководством Кисы я наобщалась с ними столь продуктивно, что когда протягивала кондукторше деньги, она громким шепотом сказала: "Девушка, у вас из кармана бутылка водки торчит". А потом мы пошли на музейную ночь, но это уже совсем другая история...

Больше фоток на http://tonkih.flamber.ru/

ПыСы: памятуя наказ Онищенко, кое-кто из публики дефилировал в намордниках. Кое-кто из гостей и участников ярмарки тоже, ибо после ночного банкета эта тонкая марлевая повязка действительно могла спасти здоровье тех, кто пользовался со светилами одним лифтом.

Дабы достойно завершить саянский анабасис, я решила отправиться в последнюю точку летнего похода – Кутурчинское белогорье, которому в прошлый раз пришлось отказать в связи с банкротством. И вот, 20 августа в четвертом часу утра девять (снова девять, назгулы прямо) фриков, выгрузились на станции Мана. Интересно, я когда-нибудь увижу ее при свете дня? Вечно туда – после полуночи, обратно – в полночь. Конечно, мы были бы не мы, если бы сразу не траверснули в гору не по той тропе, и, поплутав в трех соснах в полнейшей тьме, приняли единственно верное решение – лечь спать, а с утра уже осмотреться.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Ой, забыла сказать, пока мы откушивали, ква сменилось распогаживанием, и мы наконец-то увидели Кутурчин во всей красе. Он не просто красив, он подобен стране Офир, граду Китежу и лесу из «Алисы в стране чудес» - чем больше к нему стремишься, тем меньше шансов его пощупать… Ну что ж, поход все равно удался. А на Кутурчин залезем в следующем году.



( Read more... )

Так бесславно окончился Саянский трип. 10 сентября убываю в тепло – в Крым, где я не была 15 лет. До новых встреч!

Я не раз слышала, что главное - талант, а фотокамера лишь приложение к таковому. Мол, профи даже самой распоследней мыльницей сможет создать шЫдевр. Но тут Андрей Владимирович приобрел таки зеркалку. Первое, что я увидела по возвращению с Кутурчина - это подборку снимков, сделанных на улицах Красноярска, так, фотопроба, как он скромненько заявил. Я, конечно, не спец, но разницу между пусть и продвинутой цифромыльницей и бюджетной зеркалкой ощутила сразу. Технические моменты описать затрудняюсь, но выглядело все иначе, и это все практически не нуждалось в обработке.
В общем, меня записали в модели. Получилось клево.

в глазике первой фоты виден фотограф :)



( немного фот )

Ну вот, покрасовалась, подрочила сама на себя.
АВ рулит:)
потом еще чонить выложу

Уездный город Е., а точнее, августовскую ярмарку, чьи традиции частично были возрождены там четыре года назад, я (впервые) и соучастнеги посетили в этом году. Частично, потому что длится она всего один день, и разворачивают на ней достарханы и прилавки исключительно любители народных промыслов Енисейского и соседних районов. Меха, правда, были в наличии, но я не приценивалась. И еще напробовалась медовухи, вердикт – сладкая супер, горькая – редкостный кал.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



Достойным завершением енисейского анабасиса стал полночный фейерверк редкостной красоты. Он подытожил сложение городом с себя полномочий культурной столицы. А еще презентация туристических возможностей Эвенкии, устроенная в холле нашего мотеля Иван Иванычем – представителем тамошней диаспоры в наших рядах. Глядя на все эти Виви, Путораны, Котуи и другие, вышибающие мозг красоты, накопить денег на посещение которых мне не представляется возможным, я роняла на пол слюни. И все остальные тоже. И только синий водитель какой-то важной писи, ночевавший под одной с нами крышей, сыто отрыгивал брагой и вопрошал, когда мы освободится проигрыватель, ибо он не досмотрел вчера «чота с жекичаном».

фоты опять мои и Татьяны Ушениной из Енисейска

Занавес

Бывает, что едешь в одну пердь, и совершенно неожиданно оказываешься в другой, думаю, для многих это знакомая, и весьма приятная практика. И она вдвойне приятней, если этим другим местом оказывается то, которое ты очень любишь, с которым связаны самые хорошие и светлые воспоминания, место, где не был жутко давно, и куда всегда хотелось вернуться. Для меня это Ангара – ровно девять лет прошло с того дня, когда я видела ее в последний раз – 2 августа 2000 года. И такая оказия!

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )





( Read more... )



( Read more... )

В Усть-Тунгуску приплыли все в песке и насквозь мокрые – милый песик Бутч метался по моторке в пляске Святого Витта, то норовил выпасть за борт, то забиться под лавку. Напоследок чуть не попали под ква, успели забраться под крышу – оказаться в бурю на воде я никому не пожелаю, такой жуткий опыт у меня был, когда я один на один сражалась двумя погнутыми веслами с ветром и разбушевавшейся речкой Каменкой, норовившей унести меня куда? Правильно – в Ангару, бушевавшую еще отчаянней.
Надеюсь, что следующая моя встреча с ней произойдет скоро, и будет такой же замечательной, как в этот раз. Еще 9 лет такого дня ждать совсем не хочется.

Козя меня лично подкосила. Не в том смысле, что я совершенно потеряла интерес к остальной части пути, нет, на такое я не способна, мне по-прежнему нравилось ехать, смотреть и общаться с соучастнегами, просто очень хотелось отоспаться и хотя бы денек побатониться. А чтобы перебить такие «козьи» впечатления, необходимо было увидеть что-то не менее сильное и пережить что-то не менее жуткое. Дальнейшие события показали, что и то, и другое в планах предводителя имелось.

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

И вот, мы уже в старом добром 658-м, поем гимн Чертову мосту (пока пели – прозевали сам мост), потом резво бежим в общий вагон, где пытаются вздремнуть наши отважные и самые состоятельные на тот момент товарищи, решившие покорить еще и Кутурчин, потом в полночь машем им, стоящим на перроне уже ставшей родной станции Мана, в окошко. Ну, и апофеоз, так сказать, нашего трипа – забойный слоган, вычитанный на бичпакете: «Вкусно – не значит долго!». Так вот каким был он, девиз фрик-покатушки «От Западного Саяна к Восточному» и похода во имя великой дури…

Окончание следует

( Read more... )

Большой Тагасук, усеянный лесными островками, с наплывающей на нас Козей, оказался еще красивее Малого. Мы весело щебетали, не зная, что впереди нас ждет чудное, поросшее приятной травкой, проседающей до колен, самое настоящее болото! А потом еще несколько высотных болот. И еще папоротник и черемица выше головы, и огромные слепни, и не менее огромные комары, которые класть хотели на накомарники. И чей-то крик, может даже и мой: «Ой, смотрите, мишка!», после чего несчастный мишка, ломая ветки, уносится от нашего табора куда-то в кусты. И почти 8 часов вверх-вниз по буреломингу в чвякающих ботинках, когда реки переходятся вброд, даже не разуваясь, а слова «привал десять минут» звучат как лучшая музыка. Только в этом лесу я по-настоящему осознала какими героическими были маршруты Федосеева и Кошурникова, и что испытали эти люди, идущие по тайге без флиса, вибрама и гортекса. Тогда и родилось название нашего похода: «Беспримерный поход во имя великой дури», потому что хоть телом мы и страдали, мозгами понимали, что через месяц скажи кто-нибудь: «А давайте залезем еще в какую-нибудь пердь!», и все побегут туда наперегонки.



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

На берегу Тагасука стояла лодка без мотора. Дима и Коля загрузились в нее и поплыли на турбазу за Борисом, а оставшиеся маленькие человечики развели костер, заварили чаю и даже уже собирались ставить палатки, как вдали заурчала моторка – за нами плыла пирога, на носу которой радостно маячил Димин петцль (это не то, что вы подумали).
Если честно, этот момент нашего безумного трипа запомнился мне ярче всего. Звездное небо, отражающееся в озере, черная громада покоренной нами горы, трещат ветки в костре, мы говорим о чем-то несущественном, ноги мокрые, но этого уже не замечаешь, где-то кричит птица, пахнет лесом, и мы, такие крохотные песчинки, пропади мы в этом болоте – и мир не заметит потери. Такой маленький островок света в бесконечной тьме, до ближайшего населенного пункта сотня км, и где он вообще – этот пункт, и нужен ли он? Чувство было такое, что мы уже месяц в пути, впечатления менялись с такой быстротой, что мы не успевали их переваривать, и только здесь, на краю ночи у меня в голове они размотались из клубка в ясную цепочку. Наверно так и случается Просветление.

( Read more... )

Утро на Амыле было не менее комариным, чем вечер. Обильно облившись всеми доступными химикатами, мы традиционно утроили цыганщину, пытаясь быстро собраться. Вообще весь поход прошел под знаком табора и неторопливости – снимки, иллюстрирующие ежедневные сборы и закиданные барахлом берега очередной реки, наглядно демонстрируют наше армейское умение собираться пока горит спичка. Укладка вещей и палаток обычно совмещалась с едой и умыванием, ковырянием в велике и погоней за какой-нибудь несчастной живностью. Памятуя слова моего старого приятеля о том, что «чем меньше ты дрочишь свой байк, тем больше шансов, что он будет отвечать тебе тем же», я решила принять это в качестве руководства к действию. И помогло – ни разу ничего не ломалось. С грустью смотрела я на соучастнегов, начинающих утро с полоскания в воде цепей и переборки втулок…

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



Закат совпал с выездом на берег Тагасука, и тут мы все открыли рот – такой красоты и тишины никто из нас не видел-не слышал или никогда, или с прошлого лета. Писать ничего не буду, фотографии скажут сами за себя. Помню только теплую, бегущую между пальцами воду и восторг, рвущийся наружу сквозь усталость.



( Read more... )



( Read more... )

Покатушка эта, полная радостных открытий, прошедшая под знаком вечного голода и хрестоматийного «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!», началась для меня еще весной, когда Дима впервые озвучил идею посещения заповедных мест Западного и Восточного Саяна. В очередной раз перечитав Федосеева, Чивилихина и дневник Кошурникова, я поняла – надо! Единственное, что смущало в предстоящем походе лично меня, так это необходимость тащить еще и заплечный рюкзак бонусом к велоштанам, но проблема легко была решена – рукзачка на 35 литров, удобно скручивавшегося в рулончик, как оказалось, вполне достаточно для совершения восхождений с поднятым от гордости забралом. Итак, приступим. Велопоход почтили своим вниманием...

( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )



( Read more... )

Кстати, для тех, кто не в курсе, Амыл знаменит не только комарами и ледяной водой. В 18-19 веках в его верховьях мыли золото, и столь успешно, что старатели организовали в глухой тайге чуть ли не государство в государстве со своими законами и монетой.
А еще на берегу Амыла была поймана маленькая Ква.



ПыСы: А в Ергаках по ночам ухал Филин, не оставлял нас своим вниманием...

Фоты собраны со всех соучастнегов, обрабатывал их Андрей, поэтому, если кого-то не устроит качество обработки, он велел передать, что все идут лесом, в сторону Кордово...

День независимости странный праздник, концепция которого меняется с завидной регулярностью. Но одно остается неизменным – в этот день надо залезть куда-нибудь повыше, дабы пометить вершину с гордостью сказать: «Широка страна моя родная!». В прошлом году местом приступа патриотизма стал Чебулак (1500 м), в это раз мы решили подняться выше – на Борус.





( Read more... )

В любом случае, спасибо Саше и Оле за десять пакетиков каши то, что предложили нам с АВ составить всем компанию, рада была увидеть старых знакомых, и приобрести новых. Увидимся на Филиппинах…